В нашем мире заброшенные могилы — это места, которые часто остаются незамеченными, мимо которых люди проходят, не задерживая взгляда. Заросшая трава, вытянувшиеся кусты, покосившиеся ограды и мусор — с течением времени некоторые захоронения становятся практически неразличимыми. Однако Елизавета Якупова приняла решение не проходить мимо этой ситуации. Всего несколько недель назад она начала самостоятельно заботиться о заброшенных захоронениях на местном кладбище, а также заниматься уборкой мусора на его территории, как сообщает Блокнот Волжского.
Первой могилой, которую Елизавета привела в порядок, стала захоронение маленького мальчика, расположенное рядом с участком, где покоятся её родственники. Позже к этой работе добавились и другие захоронения. В настоящее время девушка старается посещать кладбище один-три раза в неделю, покупает необходимые инструменты и расходные материалы за свой счет, а иногда ей помогает отец. Елизавета делится: работы много, времени не так уж и много, а справляться в одиночку непросто. Тем не менее, для неё это не просто уборка. Это способ сохранить память о людях, которые когда-то жили, работали и строили Волжский.
— Елизавета, как вы впервые пришли к идее ухаживать за брошенными могилами?
Идея заняться уборкой на кладбище пришла ко мне совсем недавно — буквально пару недель назад. Всё началось с того, что я заметила заброшенную могилку маленького мальчика — она находилась по соседству с участком, где похоронены мои родственники.
— Кому принадлежала первая могила, которую решили привести в порядок?
Эта могилка принадлежала тому самому мальчику — к ней уже давно никто не приходил. Мне всегда было горько видеть, как захоронение зарастает травой, будто о ребёнке совсем забыли.
— Что подтолкнуло вас заниматься этим на постоянной основе?
Я заметила, сколько на кладбище заброшенных могил, и поняла: этим людям уже никто не поможет. Тогда я и решила взять заботу о них на себя — просто не могу пройти мимо чужого горя.
— Почему для вас важно ухаживать именно за заброшенными захоронениями?
Заброшенные могилы — это память о людях, которых забыли. Я хочу сохранить их достоинство и отдать дань уважения тем, кто остался без заботы близких. Для меня это способ не утратить связь с человечностью и бережно хранить чужую историю.
— Как вы находите могилы, за которыми давно никто не ухаживает?
Когда я прихожу на кладбище навестить родственников, то обращаю внимание на неухоженные могилы, их на самом деле очень много. Вижу, как обветшал памятник, как покосился забор, как растут деревья на могилах, заполоняя всю секцию. Хочется хоть немного привести всё в порядок, вернуть этому месту достойный вид.
— Что обычно приходится делать во время уборки?
Работы на кладбище очень много. Стригу сирень, убираю траву, собираю мусор: венки с цветами, упаковки от еды, разбитые бутылки, а также ветки от сухих упавших деревьев. При этом я всё делаю одна, без профессионального оборудования и специальной подготовки — просто беру и делаю, что могу. С крупными стволами, конечно, в одиночку не справиться — тут без спецтехники никак.
— Сколько времени может занимать восстановление одной могилы?
Всё зависит от того, в каком состоянии могила. Обычно уборка одной секции занимает около двух часов. Если участок не слишком зарос, можно справиться и быстрее. А если там уже выросло целое дерево — придётся убираться в несколько заходов. Поскольку я всё делаю одна, стараюсь управиться как можно скорее.
— С какими самыми запущенными захоронениями вам приходилось сталкиваться?
Самые запущенные захоронения — те, где разрослись огромные кусты сирени. Стоит оградка, а из неё торчит такой куст, что самого памятника за ним уже не разглядеть.
— Бывали ли случаи, когда во время уборки удавалось узнать историю человека?
Да, иногда удаётся узнать хоть немного об усопших. Первая могила, с которой я начала уборку, — того самого мальчика: на памятнике сохранилось несколько строк о том, что с ним произошло. Ещё нашла сильно заросшую могилу врача-хирурга. Мне, как медицинскому работнику, стало особенно интересно — хотелось узнать, где он работал, какая у него была история. Пыталась найти о нём что-нибудь в интернете, но, к сожалению, ничего не вышло. Даже такие крупицы информации придают моей работе особый смысл — будто возвращаю людям частицу памяти и уважения.
— Что вы чувствуете, когда впервые подходите к заброшенной могиле?
Тяжело видеть, как зарастает чужая могила, — словно сам человек стал невидимкой. Мне хочется вернуть ему хоть каплю внимания, которого он достоин.
— Что для вас означает фраза «человек жив, пока жива память о нём»?
Я понимаю её так: жизнь человека не заканчивается на дате на камне. Она продолжается в памяти других. И если я могу хоть немного позаботиться о его месте, значит, я помогаю этой памяти жить дальше.
— Приходилось ли сталкиваться с людьми, которые не понимали, зачем вы это делаете?
Да, к сожалению, таких людей немало — даже среди моих знакомых. Порой слышу в свой адрес что-то вроде: «Тебе что, больше нечего делать?» А кто-то просто смеётся над моими видеороликами. Не обошлось и без комментариев про внешний вид: некоторые всерьёз критикуют мои шорты и топ во время уборки. Но я твёрдо уверена: если я делаю это с доброй целью и точно знаю, что приношу пользу, чужое мнение не должно иметь решающего значения. Ведь главное — не то, как я выгляжу, а то, что я делаю и ради чего. Тем более что те, кто так судит, не живут в нашем городе и не представляют, какая у нас бывает жара летом. Для меня важно сохранять память о людях, не давать их историям исчезнуть. И если благодаря моим стараниям хоть одна могила станет ухоженнее, если кто-то вспомнит о человеке, которого почти забыли, — значит, всё это не зря.
— Бывали ли находки на могилах, которые вас удивили?
Пока что меня ничто не удивляло — разве что масштабы скопившегося мусора.
— Делаете всё самостоятельно или вам помогают волонтёры?
Уборкой занимаюсь самостоятельно, иногда отец помогает при возможности.
— Что необходимо для такой работы — инструменты, средства, время?
Для такой работы прежде всего нужны дополнительные руки — одной справляться очень непросто. Ещё не обойтись без нужного инструмента: большого секатора, бензопилы, триммера. Пригодится краска — хоть в баллончике, хоть жидкая, — а ещё перчатки, мусорные мешки и хотя бы пара урн вроде тех, что ставят во дворах. Время — тоже большой дефицит, его у меня совсем немного. Поэтому стараюсь выбираться 1–3 раза в неделю. Приходится заказывать такси: общественным транспортом туда не добраться. Пока всё покупаю за свои средства — и инструменты, и расходники. Но это того стоит.
— Можно ли к вам присоединиться и помочь?
Буду очень рада любой помощи — так мы быстрее справимся, и результат станет заметен скорее.
— Какую могилу вы хотели бы найти и восстановить больше всего?
Могилу того самого хирурга — о нём я пока так и не смогла ничего найти — планирую привести в порядок в ближайшее время. Хочется хоть немного привести в порядок его секцию, пусть даже история его жизни пока остаётся для меня загадкой.
— Сколько захоронений вам удалось привести в порядок?
Я только недавно начала этим заниматься: не просто убираю отдельные секции, но и собираю мусор по всему кладбищу. Уже удалось полностью привести в порядок два захоронения. Третье я начала расчищать, но столкнулась с неожиданной сложностью — там оказалось очень много ос. Пока не придумала, как безопасно с ними справиться, поэтому занимаюсь другими делами на том же кладбище. К тому же у меня есть и другие проекты по уборке территорий — например, пляжи и дворы. Везде хочется навести порядок и вернуть местам прежний вид.
— Есть ли у вас цель — например, определённое количество могил за год?
Для меня уборка кладбища — это способ сказать «спасибо» тем, кто строил наш город. Первые гидростроители оставили огромный след, и их могилы — живая история Волжского. Мортуарий напоминает о том, какой ценой создавался город, и такие места нельзя оставлять заброшенными. Когда-то тут был сторож, родственники часто наводили порядок — и кладбище выглядело достойно. Сейчас многое запущено, и я хочу хотя бы немного вернуть тот ухоженный вид. При этом я стараюсь не просто убирать, а показывать: мусорить в таких местах неправильно, это неуважение к памяти людей. Моя цель ещё и в том, чтобы привлечь больше людей к этой работе. Если мы будем делать это вместе, результат будет заметнее, а порядок — устойчивее.
— Если бы человек, чью могилу вы сегодня убрали, мог вас услышать — что бы вы ему сказали?
Простите, что тут всё так заросло… Я стараюсь всё поправить, потому что чувствую: вы этого достойны. Вы — часть истории нашего города, один из тех, кто строил Волжский, и мне хочется, чтобы о вас не забывали. Когда-то сюда приходили родные, был сторож — всё держали в порядке, и в этом была своя забота, своё уважение. Сейчас почти никого нет, и от этого особенно хочется сделать хоть что-то. Пусть это будет просто убранная трава, чистые края плиты… Но в этом — моё «я помню». Пусть я не знаю про вас всего, но я точно знаю главное: вы были, вы строили, вы оставили след. И я буду приходить и наводить тут порядок — просто чтобы не было одиноко в этой тишине.
Напомним, девушка, которая ещё в школе поняла, что хочет менять город к лучшему. В интервью с редакцией «Блокнот Волжского» Елизавета рассказала, как из детского увлечения вокалом выросла большая общественная работа, какой опыт дала ей форум «Территория смыслов», какие проекты она планирует реализовать — и почему для неё так важна память о родных, защищавших Родину в годы Великой Отечественной войны.
— Анастасия Куприянова
-400x270.jpg)
